Спасти товарища Сталина! СССР XXI века - Страница 6


К оглавлению

6

Девяносто процентов жизни я провожу в Интернете. У меня много обязанностей по службе, но основная – определение потенциально-опасных направлений информационных атак, организованных или случайных, а также уязвимостей сетей государственных структур. С работой приходится и дневать и ночевать. Особенно сейчас, когда враждебный мир вплотную подступил к границам Родины.

Даже мой лучший друг, Генка Цыганов, с которым в студенческой общаге была выпита не одна бутылка «Жигулевского», не здоровается со мной, после того как я показательно сломал пару раз базу КГБ. Он – начальник отдела информационной безопасности и отвечает за то, чтобы такие, как я, никогда не смогли проникнуть в святая святых государственной тайны. А моя задача – обратная. Употребить все средства и возможности, но сломать замки и украсть данные.

Я – легальный советский хакер.

Потому самые страшные для меня часы – весенние пьяные сумерки. Когда тело торчит у окна, втягивая мятный запах пробуждающейся листвы и колокольчики девичьего смеха. А ум твердит только одно – ложись спать, безмозглый старый дурак, завтра на работу.

Сегодня же весна пьянит настолько оглушающе, что мне вдруг видится – она, та самая девушка, мой Корвет, идет сейчас совсем одна по Маросейке. Идет своей сногсшибательной грациозной походкой, и весна так же пьянит ее, как и меня. И кажется ей, как и мне, что вот-вот произойдет та самая главная встреча в ее жизни, которую ждут и без которой не может быть счастья.

И, побрякивая ключами, я закрываю дверь и слетаю вниз по лестнице, затаив дыхание от предвкушения близкой встречи.

5

Вечерний воздух полон хмельных запахов. Ветер гуляет во дворах, треплет ветви. Горько на душе и сладко в то же время, будто хватанул пару ложек брусники в сахаре. Дышать хочется. Пробежаться хочется по набережной, руками махать, как крыльями, и лететь, лететь…

– Товарищ!

Оглядываюсь. Ко мне подступают двое с красными повязками «Дружинник». У одного на груди значок с изображением боксерских перчаток и предупреждением «1 разряд». У второго сломанный нос. И этот, со сломанным носом, говорит мне:

– Товарищ, а где ваш противогаз?

Черт, как я мог забыть? Висела же сумка на крючке у двери, как обычно…

– Я, товарищи, понимаете, выскочил вот, сигареты кончились, спичек нет, – лепечу, сам не понимаю что.

И соображаю – загребут сейчас.

– Вам разве неизвестно, что Советский Союз находится под угрозой ядерной атаки? – говорит второй, разрядник. – Хотите стать легкой жертвой? Помочь своим легкомыслием врагу?

– Думать нужно, товарищ. Быть начеку. Ваши действия могут быть расценены как пособничество, – качает головой первый.

Чувствую – не выкрутиться мне, точно загребут. И тут в кармане находится спасительная корочка. Хорошо, что не забыл!

– Товарищи, – демонстрирую дружинникам удостоверение сотрудника КГБ СССР. – Это проверка бдительности. Объявляю вам благодарность.

Оба вытягиваются в струнку. Видно, что были бы у них головные уборы – откозырялись бы лихо. Делают, щелкнув каблуками, «кругом» и удаляются в сумерки.

Бульвар по-прежнему пахнет весной и где-то, может быть, недалеко совсем, идет та самая девушка. Только вкус весны испорчен бесцеремонностью дружинников. Кажется уже, что не видать мне счастья. И никогда мы не встретимся с той самой девушкой. А если и встретимся – пройду мимо, испуганный, бледный, жалкий…

«Пособничество врагу»… Наговорят же.

И гулять теперь не пойти без противогаза. Да и нужно ли гулять? Зачем?

Сворачиваю в соседний универсам. Прав был Деев. Пару пива перед сном за неимением брома – и баиньки. А то… ишь, размечтался… Казанова…

Снимаю с полки две бутылки «Жигулевского» и соленые сухарики «Илья Муромец». На кассе незнакомая девушка. Одна в огромном торговом зале. Видимо, новенькая, оглядывается, косит по сторонам глазками, чувствует себя неуютно. У нее мягкий нежный рот и неуверенные тонкие губы. Она преувеличенно громко щелкает по клавишам кассового аппарата, пробивая мне чек. Я смотрю на нее сверху вниз, на серьезно сдвинутые мягкие губы, завиток русых волос у виска и неожиданно меняю решение. Не пойду я спать.

Я познакомлюсь с ней. Пусть – напрасно, но познакомлюсь. Хорошая девушка, по всему. На груди комсомольский значок. Прическа скромная. К чему искать какого-то несуществующего Корвета. Жить нужно. Просто – жить. В этом, наверное, и есть оно, счастье.

– С вас рубль двадцать, – говорит девушка и глядит куда-то в сторону, будто меня и нет.

Не глянулся я ей. Ну это ничего. Смелость берет города.

Оплачиваю покупку. Улыбаюсь доверчиво:

– Девушка, подскажите, пожалуйста, какой шоколад лучше – черный или белый?

Она озадаченно поднимает на меня круглые голубые глаза. Молчит.

– Понимаете, – говорю смущенно, – мне очень нужно купить одной девушке шоколад, но я не знаю, какой ей больше понравится…

Она принимает мое смущение за искренность, говорит неуверенно:

– Я не знаю. Всем по-разному… На вкус и на цвет, вы же знаете, товарищей нет.

Голос у нее теплый, чуть с хрипотцой, и это нравится мне.

– А вам лично, девушка, какой больше нравится? – улыбаюсь шире.

– Мне? – переспрашивает она, губы ее трогает улыбка и в уголках рта появляются мягкие нежные складочки. – Даже не знаю, как вам это поможет…

– Но вы ведь девушка, – настаиваю я, – вам, конечно, виднее, что нравится девушкам…

Подобный поворот разговора успокаивает ее.

– Возьмите молочный, с орехами и с изюмом, – говорит она, и в голосе ее появляются сладкие теплые нотки, словно она пробует сейчас этот шоколад. – Очень вкусно, – и тут же поправляется: – Думаю, вашей девушке должно понравиться…

6